“Наша восемнадцатая осень” Николай Внуков

326

Первые строки книги обожгли меня знакомыми названиями. Кавказ, Осетия, Минеральные воды – родные места! Места моего детства, о прошлом которых я почти ничего не знаю.
Памятники? Памятников много, только они молчат. Книги передают ощущения, чувства, радость и боль, и смятение, как в этой…

Разве задумывалась я тогда, 18-летняя, не так давно распрощавшаяся со школьными учебниками, посетив родные места и наслаждаясь красотой и чистым воздухом величественных гор и живописного края, о том, что здесь под моими ногами, на этой земле вот также шли мои сверстники – вчерашние школьники, совершая свой первый марш-бросок навстречу с врагом, с кровавыми боями, со смертью.

У них также, как и у меня еще были живы школьные воспоминания, они также были наивны. Шли по моей родной земле еще не солдаты, но уже и не школьники, еще не взрослые, но уже и не дети. Еще не солдаты, потому что даже портянки не могут скрутить, еще не взрослые, не понимающие последствий войны, но уже не дети, потому что «…Шли мимо воспоминаний, мимо игр в чижика и ножички”, мимо “Колька, выскочи на минутку!”, “Славка, пойдешь в воскресенье за кизилом?”, “Мальчишки, айда на речку!”.

Картины детских, школьных воспоминаний автора, мальчишеских разборок, природы, брошенных домов, прошедших боев, и сводок архива Министерства обороны сменяют друг друга.
И первый бой, и первые вестники смерти: и не «рядовой такой-то погиб», а «еще Юрченко из шестой школы», и Витя Денисов, и Левка, всего 23 – за два дня. Бой этих юных бойцов читала с комом в горле…
Мальчики, мальчики… Ведь у меня тоже растет сын. Что пережили эти ребята за три дня похода, перевернувшего их взгляды на жизнь?

«Только в пыльном, заброшенном классе эльхотовской школы, я понял, что дерусь не только за будущее свое и своих друзей, но и за прошлое, за Пушкина, за Тургенева, за Маяковского, за всю тысячелетнюю историю нашу, за голубое небо и за великую тишину над полями Родины…”

“Как поздно пришлось учиться понимать самые простые и нужные вещи!”

Карина Иванова специально для Букландии

“Наша восемнадцатая осень” Николай Внуков. Художник Хвостов Владимир. РЕЧЬ, 2015
Лабиринт    В Озоне